В Ормузском проливе у Ирана появился новый мощный инструмент
Администрация Трампа утверждает, что блокада Ормузского пролива эффективна: девять судов выполнили приказ развернуться. Одним из таких судов - принадлежащий китайской компании танкер Rich Starry.
Между тем Иран настаивает на том, что по-прежнему контролирует пролив и будет определять, какие суда будут проходить через этот важнейший водный путь. Тегеран также заявил, что если его портам будет угрожать опасность, «ни один порт в Персидском заливе и Оманском море не останется в безопасности».
На протяжении десятилетий Иран угрожал использовать Ормузский пролив в качестве рычага давления на своих противников. Однако он избегал этого до нынешней войны.
По иронии судьбы, в то время как США и Израиль стремились ослабить ядерный и ракетный потенциал Ирана, конфликт дал Тегерану новый мощный инструмент – контроль над проливом. Тегеран, вероятно, теперь сделает этот контроль ключевым элементом своей долгосрочной стратегической концепции. Фактически иранские переговорщики на недавних мирных переговорах с США добавили суверенитет Ирана над проливом в свой список требований.
Этот рычаг служит как минимум трем ключевым целям.
Во-первых, это открывает значительный потенциал для получения дохода от сборов и транзитных платежей, которые уже взимаются с судов, проходящих через пролив.
Во-вторых, пролив служит гарантией безопасности. Демонстрируя свою способность нарушить работу важнейшей глобальной энергетической артерии, Иран повышает цену любых будущих военных действий против него. Это создает сдерживающий фактор за счет экономических рисков, а не исключительно военных средств.
Во-третьих, это дает Ирану геополитические рычаги влияния, особенно в отношениях со странами Глобального Юга. Контроль над проливом позволяет Тегерану вести переговоры с зависимыми от энергоресурсов государствами, побуждая их обходить санкции США в отношении режима аятолл и углублять экономическое взаимодействие в обмен на уступки в доступе к проливу.
В настоящее время США пытаются нейтрализовать влияние Ирана на пролив. Однако эта «осада в осаде» сталкивается с очевидными структурными ограничениями.
Во-первых, контроль Ирана над проливом гораздо проще поддерживать, чем американскую блокаду в международных водах. Даже при поддержке союзников (которая пока не оказана) США будет сложно ограничить доступ к проливу на длительный период. Такие усилия обойдутся американским военным очень дорого и будут иметь значительные последствия для мировой экономики.
В этом смысле Ормузский пролив рискует стать для Америки аналогом Суэцкого кризиса — стратегическим узким местом, которое выявляет пределы власти, а не ее влияние.
Но может ли Китай, который закупает более 80% иранской нефти, оказать давление на Тегеран с целью ослабления его контроля над проливом? Этого пока не произошло и вряд ли произойдет. Пока что Пекин обвиняет Вашингтон. Более того, недавно представитель Министерства иностранных дел Китая Го Цзякунь использовал резкие выражения, назвав блокаду «опасной и безответственной».
Хотя один китайский танкер был развернут, другие в последние дни прошли через новую систему «пунктов взимания платы». Это свидетельствует о необходимости и готовности Китая соблюдать новые правила Ирана – по крайней мере, на данный момент.
Китай диверсифицировал свои импортные поставки нефти, чтобы избежать чрезмерной зависимости от какого-либо одного поставщика. Считается, что запасы нефти в Китае достаточны для того, чтобы заменить импорт через пролив на срок до семи месяцев. Тем не менее, остается неясным, поддержит ли Поднебесная систему взимания платы за проезд в долгосрочной перспективе. Несмотря на молчание Пекина, некоторые эксперты считают, что он будет против. Китай неоднократно подчеркивал необходимость как можно скорее вернуться к «нормальному судоходству» через пролив.
Война подтолкнула государства Персидского залива к общему осознанию того, что сближение с США и партнерство с Израилем не обязательно гарантируют их безопасность. В результате они могут стремиться к пересмотру своих отношений. Это нашло отражение в недавнем визите наследного принца Абу-Даби в Пекин.
Торговля между странами Персидского залива и Китаем значительно выросла, достигнув в 2024 году приблизительно 257 миллиардов долларов США, что немного превысило совокупный объем торговли стран Персидского залива с крупнейшими западными экономиками.
Фуад ВЕЛИБЕКОВ
21 апр.20:50
21 апр.20:40
