Уроки российско-украинской войны
Российско-украинская война, начавшаяся в феврале 2022 года, скоро перешагнет пятилетний рубеж, если не будет достигнуто соглашение. Этот период оказался весьма поучительным не только для России и Украины, главных участников войны, но и для Европы, США, Китая, Ирана и Северной Кореи, а также для многих стран мира, прямо и косвенно поддерживающих воюющие стороны. Несомненно, больше всего над «извлеченными уроками» размышляли страны НАТО. Потому что война вернулась в самое сердце Европы.
По одну сторону стола находились «сторонники дипломатии», а по другую — «сторонники сдерживания». Однако затягивание российско-украинской войны привело к усилению поляризации в Европе. И это чрезвычайно затруднило достижение консенсуса, жизненно важного для дипломатии. Даже несмотря на то, что внезапные атаки теперь считаются «новой нормой», а корректировка бюджета стала крайне необходимой, достижение консенсуса по этому вопросу остается очень сложным. Эта неопределенная обстановка в сфере безопасности побудила союзников по НАТО инвестировать 5% своего валового внутреннего продукта (ВВП) в оборону. Масштабный кризис во Франции, который нашел параллели в Италии, вызван экономическими проблемами, вытекающими из общего распределения бюджетных средств, а также недовольства качеством государственных услуг. Сегодня даже государства, которые ранее уделяли больше внимания «контролю над вооружениями», теперь обращают свое внимание на конфликты высокой интенсивности, быстро адаптируемые технологии и инновационную политику.
Во-первых, российско-украинская война является важным примером скорости и адаптации гражданских технологий для военного применения. Однако Украина не является первым примером использования коммерческих беспилотников в военных целях; ранними примерами этой трансформации были атаки беспилотников, осуществленные террористической организацией ИГИЛ в Мосуле и Сирии.
Во-вторых, по мере расширения «серой зоны» на поле боя, возросшая прозрачность поля боя ограничивала маневренность. Фактически, по мнению военных аналитиков, поле боя превратилось в «аквариум». Тот факт, что почти все передвижения на поле боя стали отслеживаемыми, затруднял маневрирование войск и приводил к тупиковой ситуации на передовой.
В-третьих, война сместилась от лобовых атак к штурму инфраструктуры. Российско-украинская война превратилась в конфликт, в котором на линии фронта нет никакого прогресса, и обе стороны сосредоточены на парализующем и разрушительном уничтожении объектов критической инфраструктуры.
Революцию в области беспилотников следует рассматривать не просто как новую технологию вооружения, а как системную трансформацию, изменяющую видимость, маневренность и географическую глубину операций на поле боя. Однако интерпретация хода войны исключительно через призму новых технологий и методов нападения, приобретенных сторонами конфликта, была бы крайне упрощенной.
В этом смысле ожидать от России разработки контрвоенной стратегии, основанной исключительно на возможностях Украины в области беспилотных летательных аппаратов (БПЛА), — довольно наивный анализ. С точки зрения России, беспилотники — это лишь верхушка айсберга. Реальная трансформация происходит в технологиях управления, контроля, связи и разведки. Несомненно, Starlink является одним из наиболее фундаментальных элементов технологического скачка Украины в боевых возможностях.
В тени технологических революций, свидетелями которых мы являемся, закончится ли эта война? Когда наступит конец этому кровопролитному конфликту? Ответ на этот вопрос зависит от устойчивости войны на истощение. Россия обладает огромной мощью, обусловленной ее геостратегическим положением. А положение Украины напрямую зависит от поддержки США и Европы.
Фарид ВЕЗИРОВ
23 окт.15:10
23 окт.14:20
