Терпение Анкары иссякло
После Ближнего Востока опасная военно-политическая ситуация возникла в другом важном регионе – вокруг Восточного Средиземноморья. Так, Турция направила Франции и Греции предупреждение относительно нового кризиса, возникшего из-за политических провокаций официального Парижа. И если этот момент не будет урегулирован вовремя, то угроза нового кризиса внутри НАТО, членами которого являются эти страны, может стать неизбежной.
Кипрский кризис перестал быть просто региональной проблемой безопасности. Он стал частью более широких геополитических процессов – борьбы за влияние внутри НАТО, новой архитектуры безопасности Европы, конкуренции за энергетические маршруты и борьбы за новый баланс между мировыми державами.
После распространения информации о возможном размещении французского военного контингента на юге Кипра предупреждения Турции стали еще жестче. Так, официальная Анкара открыто заявила, что расширение иностранного военного присутствия на острове Кипр может нарушить хрупкий баланс сил в регионе. И в этом случае возникновение новой волны напряженности в Восточном Средиземноморье будет неизбежным.
Анкара рассматривает это не только как вопрос безопасности, но и как стратегический проект, направленный на ограничение регионального влияния Турции. В то же время нет сомнений в том, что происходящее в Восточном Средиземноморье является частью более масштабной геостратегической трансформации, происходящей в глобальной системе. Поэтому было бы удивительно, если бы Турция осталась сторонним наблюдателем.
Примечательно, что нынешняя война на Украине, конфликт между США и Китаем, энергетический кризис в Европе и разногласия внутри НАТО отягощают глобальное пространство серьезными противоречиями. Параллельно со всем этим Средиземноморский бассейн уже превращается в новую «геополитическую линию фронта». И в частности, вопрос энергетической безопасности повышает стратегическое значение этого региона.
Европейские страны уже пытаются снизить свою зависимость от российских энергоресурсов и ищут для этого альтернативные пути. В этом отношении газовые месторождения, а также транспортные и коммуникационные линии в Восточном Средиземноморье имеют жизненно важное значение для европейских стран. Именно поэтому администрация Макрона в последние годы пытается вклиниться в этот регион.
Следует также отметить, что официальный Париж пытается представить Францию как главную военно-политическую державу Европы. В то же время Пятая Республика стремится получить стратегические преимущества в Восточном Средиземноморье в то время, когда глобальное лидерство США постепенно ослабевает. Макрон пытается создать для Франции долгосрочный плацдарм в регионе, расширяя военное сотрудничество как с Грецией, так и с Южным Кипром. И это, естественно, воспринимается официальной Анкарой как новый военно-политический блок, сформированный против Турции.
С другой стороны, Греция, соблазненная французской поддержкой, в последнее выводит конкуренцию с Турцией на новый уровень. Официально Афины пытаются укрепить свои позиции в Восточном Средиземноморье, используя как политическую поддержку Европейского союза, так и военное сближение с Францией. В частности, продолжающиеся споры по поводу Эгейского моря, континентального шельфа, воздушного пространства и энергетических ресурсов довели турецко-греческие отношения до критической точки.
Однако наиболее опасным аспектом этих процессов является то, что подобные конфликты создают факторы стратегической фрагментации внутри НАТО. Так, острые разногласия между Турцией и Францией внутри НАТО по Ливии, Сирии, Южному Кавказу и Украине сейчас углубляются на фоне кризиса в Восточном Средиземноморье. И это еще больше затрудняет формирование единой стратегии безопасности внутри альянса.
Кроме того, необходимо учитывать, что в последние годы Турция добилась значительных успехов в оборонной промышленности. Официальная Анкара активно участвует в региональных военно-политических процессах, став влиятельным геополитическим игроком. Президент Реджеп Тайип Эрдоган сумел доказать, что Турция — это не только страна, защищающая южный фланг НАТО, но и стратегический центр силы между Европой, Ближним Востоком, Южным Кавказом и Африкой. То есть Анкара не намерена отступать в Восточном Средиземноморье.
Между тем Кипр перестал быть просто местом исторического конфликта между греческой и турецкой общинами. Иными словами, остров Кипр в настоящее время становится стратегической площадкой, где пересекаются энергетическая политика, стратегия НАТО, европейская безопасность и баланс сил между мировыми державами. И если Франция продолжит расширять свое военное присутствие в регионе, то турецко-греческое геополитическое соперничество может вступить в фазу жесткой конфронтации. А затем грянет серьезный кризис не только в Восточном Средиземноморье, но и в европейской системе безопасности в целом. Такой сценарий может привести к беспрецедентной политической напряженности внутри НАТО, ослабить контроль США над альянсом и ускорить формирование новых блоков безопасности в Европе.
Васиф САФАРОВ
13 мая17:50
13 мая17:40
13 мая17:30
